2.2. НОВЫЙ ВРАГ ПОДНИМАЕТ ГОЛОВУ (3)

Но к концу 20-х годов они были вынуждены с озабоченностью заметить, сколь далеко нападки нацистов выходили за рамки традиционных антисемитских предрассудков против эсперанто. 21 января 1928 г. прения в бюджетной комиссии баварского ландтага выявили четкий водораздел между сугубо реакционными и явно фашистскими аргументами в отношении эсперанто. В повестке дня было заявление групп эсперантистов Мюнхена и Нюрнберга с просьбой о введении факультативного преподавания эсперанто в средних школах. Из выступавших в прениях просьбу поддержали лишь по одному депутату от социал-демократов[1] и коммунистов. Как и следовало ожидать, полностью негативной была позиция депутата от Немецкой национальной народной партии Германа Бауэра, который назвал эсперанто «сугубо механическим, бездушным творением», не более чем кодом; еще двумя годами ранее он говорил в парламенте об «антиязыке» и сравнивал уровень конгресса эсперантистов со стриптизом[2].

[1] Вильгельм Хлгнер, послевоенный премьер-министр Баварии.
[2] Цит. по листовке «An den Baіerischen Landtag! Protest der Esperantistenschaft Mьnchens gegen die Ausfьhrungen des Abgeordneten Herrn H. Bauer ьber Esperanto vom 18. Mдrz 1926».

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7>