2.6. ЭСПЕРАНТО — ТОЛЬКО ЯЗЫК? (13)

Подобную брань Унгер слышал впоследствии и от Рудольфа Гесса, рассказавшего швейцарцу также о фантастическом плане упрощенного немецкого языка, который следовало навязать общеевропейской федерации государств под нацистско-немецкой гегемонией[1].
Вскоре после бесед Гейдриха и Гесса с Унгером была развязана вторая мировая война, принесшая смерть и неимоверные страдания миллионам людей. Подробности о нацистском терроре, особенно свирепствовавшем в Восточной Европе, здесь приводить нет необходимости. Менее известный аспект поработительной политики нацистов — это еще и подавление прав евреев и славян на общение. Сам Гитлер потребовал в июле 1942 г., чтобы ненемецкому населению Восточной Европы «никоим образом не было позволено высшее образование» и что в школах надо «оставить ему для изучения не более чем смысл дорожных знаков». Обучать евреев и славян немецкому языку следовало лишь постольку, поскольку это было необходимо «для создания языковых предпосылок нашего руководства» — то есть чтобы им были понятны нацистские приказы[2].

[1] Сообщение д-ра Ганса Унгера Германскому институту эсперанто от 2.6.1948; отрывок в: La Ponto. 3. 1949. P. 5–6. Сам Гитлер сказал в начале 1941 г., что через сто лет языком Европы станет немецкий: Adolf Hitler. Monologe im Fдhrerhaupt°uartier 1941–1944. Red. Ўerner Jochmann. Hamburg, 1980. P. 124.
[2] Hitlers Tischgespr‹che im F‹hrerhaupt°uartier. Red. Henrі Picker. 3 eld. Stuttgart, 1976. P. 453–454. В мае 1942 г. Гитлер выразил надежду, что в Богемии и Моравии удастся «за 20 лет низвести чешский язык до уровня диалекта»: Там же. P. 322.

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7> <8> <9> <10> <11> <12> <13> <14> <15> <16> <17>