2.6. ЭСПЕРАНТО — ТОЛЬКО ЯЗЫК? (11)

Однако разрешение на использование эсперанто частным образом нередко оставалось на бумаге: оно не стало широко известным и не мешало отдельным придиркам местных гестаповцев. Поэтому, с одной стороны, нам известно об эсперантистах, которые ни разу не сталкивались с затруднениями, и даже о нескольких немцах, тайком изучавших эсперанто, которые во время войны бежали в Швейцарию[1]. Другие, наоборот, вызывались в полицию за подписку на иностранные эсперантские журналы, получали письменное распоряжение «воздержаться от всякой деятельности на благо языка эсперанто»[2] или угрозы наказания за участие в неформальном собрании, где говорили на эсперанто[3]. Один антверпенский эсперантист получил от германского посла в Бельгии рекомендацию прекратить переписку со своим немецким другом[4], а когда китайский журнал на эсперанто «Вочой эль Ориенто» («Голоса с Востока»), получив денежные пожертвования от двух австрийцев, напечатал их имена, гестапо не преминуло выяснить их личности[5].

[1] E. Malmgren. Novjara saluto... — Esperanto. 41. 1948. P. 1.
[2] Geheime Staatspolizei Hamburg — Оскару Бюнеману. 22.9.1936. Факсимиле в: H. Theobald. Dokumentoj de la rezistado. P. 60.
[3] Geheime Staatspolizei. Staatspolizeileitstelle Berlin — Эрвину Штольпе, 15.11.1937; по сообщению Эрвина Штольпе от 30.1.1968.
[4] Сообщение Артура Гитцингера из Золингена от 4.7.1966.
[5] Bundesarchiv Koblenz. R 58/384.

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7> <8> <9> <10> <11> <12> <13> <14> <15> <16> <17>