1.2. РОДОВЫЕ МУКИ В УСЛОВИЯХ ЦАРСКОЙ ЦЕНЗУРЫ (12)

Осознавая свою причастность к этому, Толстой немедленно обратился к властям и добился отмены запрета на ввоз журнала. Но это уже не могло предотвратить крах «Эсперантисто»[1].
Этот инцидент не был заурядной придиркой со стороны цензурной администрации. Наоборот, она предприняла акцию против «Эсперантисто» вследствие вышеупомянутого уведомления охранки, которая затем разослала инструкции местным жандармам с тем, чтобы они выявили лиц, тайно читающих и передающих друг другу запрещенный номер[2]. Объект государственного надзора уже не был безобидным чудачеством — развлечением далеких от жизни идеалистов, которое едва ли заслуживало опеки цензоров, а движением — хотя еще малочисленным, но уже заявившим о себе как о партнере тех, кто выступал за духовное обновление общества.

[1] В декабре 1895 г. в Уппсале стал выходить новый журнал — «Лингво интернациа» («Международный язык»), который до первой мировой войны был главным органом эсперантистов. Впоследствии, в 1912 г., «По¬средник» издал несколько брошюр с произведениями Толстого в переводе на эсперанто.
[2] Ivan Kulakov. Leo Tolstoj, Esperanto kaj rusia qendarmaro. — Paco, 1983 (GDR-eld.). P. 31–32 (с репродукцией соответствующей инструкции для жандармерии Воронежа).

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7> <8> <9> <10> <11> <12> <13> <14>