2.8. СЛЕДУЯ НАЦИСТСКОМУ ОБРАЗЦУ (5)

При условии, что эсперанто будет использоваться «только с лингвистической целью», 11 апреля 1951 г. новый министр внутренних дел отменил запрещающий декрет от 1948 г.[1] Эсперантисты с воодушевлением принялись за реорганизацию Португальской ассоциации эсперантистов, но, поскольку министерство просвещения отказалось признать ее устав и по-прежнему запрещало курсы эсперанто, ассоциация была вынуждена закрыть свою штаб-квартиру и приостановить сбор взносов[2]. В последующие годы положение оставалось таким же[3]. В то время как министерство внутренних дел уже перестало считать изучение эсперанто деянием, равносильным государственному перевороту, министерство просвещения продолжало препятствовать движению эсперантистов — теперь, по-видимому, в основном исходя из реакционного тезиса, что эсперанто оказывает вредное влияние на чистоту португальского языка[4].

[1] Esperanto. 44. 1951. P. 132. Sennaciulo. 22. 1951. № 8/9. P. 7.
[2] Heroldo de Esperanto. 28. 1952. № 10 (1162). P. 2. № 18 (1170). P. 2.
[3] G. C. Fighiera. Okazas en Lisbono. — Heroldo de Esperanto. 39. 1963. № 19 (1369). P. 2.
[4] Esperanta kaj portugala lingvoj. — Revista Portuguesa de Esperanto. 1. 1973. № 5/6 (nov./dec.). P. 14.

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7> <8> <9> <10> <11> <12> <13> <14> <15> <16> <17> <18> <19> <20> <21> <22>