3.3. КОРЕЯ И ТАЙВАНЬ

Как мы видели, японские эсперантисты, за редким исключением, не проявляли большой активности в вопросе языкового равенства, где они могли бы выделиться на фоне других довоенных прогрессивных движений. Ниже мы рассмотрим, существовала ли вообще на зависимых территориях — в Корее и на Тайване — готовность прислушаться к звучавшим иногда призывам, например, Саито Хидэкацу: заботиться о родном языке и использовать эсперанто как орудие борьбы против языковой дискриминации.
На Тайване широкая общественность впервые услышала об эсперанто в 1913 г., во время упорного сопротивления японскому владычеству, когда японец Кодама Сиро объявил о курсе эсперанто в газете «Тайван Нити Симпо». Затем он преподавал язык десятку с лишним человек, но обучение проходило в неблагоприятной обстановке: полиция присылала сотрудников в штатском, чтобы следить за содержанием уроков, а Кодама должен был раз в месяц докладывать полиции о поведении своих учащихся[1]. В Корее тоже в то время жили японские эсперантисты, но распространять эсперанто в стране стремились не они, а студенты, вернувшиеся в Корею после обучения в Японии, и корейские пионеры национальной эмансипации, работавшие в Китае.

[1] Matuda Haruhi. Midori no kage de. Sіokomin-ti Tai±an esuperanto undф si (В зеленой тени. История движения эсперантистов в колониальном Тайване). — La Revuo Orienta. 58. 1977. P. 218.

Страницы раздела:
<1> <2> <3> <4> <5> <6> <7> <8> <9> <10> <11>